Наша нынешняя позиция на фронте можно охарактеризовать как переход к стратегической обороне с тем, чтобы держать фронт, не допускать дальнейших потерь российской территории, соответственно, готовить группировку, которая будет способна весной осуществить наступление.

Это первое. Второе. Удары по объектам транспортной инфраструктуры, мостам, той логистике, которую использует ВСУ для получения западной техники. Это стратегическая задача номер один.

Дезорганизация тыла и транспортной системы Украины. Задача может быть более важной, либо как минимум сопоставима с выведением из строя ключевых объектов энергии системы Украины. Мы видели, как воюют НАТО, как воюют Соединенные Штаты Америки, поэтому воюем точно так же.

Не должно быть никакой паузы, ожидания, что кто-то в ответ на нашу пресловутую добрую волю проявит аналогичную волю с той стороны. Никто проявлять такую волю не будет. Мы должны запастись, знаете, таким вот запасом здорового цинизма в оценке, собственно, наших противников. Не надо полагаться ни на американские выборы, ни на то, что Европа замерзнет и захочет снова российские энергоносители. ни на то, что кто-то из европейских политиков вдруг осознает, что он был неправ, либо народные массы поднимут бунт.

К сожалению, этого не произойдет. Мы в этой ситуации можем рассчитывать только на себя, на свой народ и армию государства, ну и, разумеется, на поддержку тех ситуативных либо реальных союзников и партнеров, которые у нас, слава богу, еще и остаются. Но главный вывод – перестраивать всю систему управления государством, для решения задачи специальной военной операции.